Посетить вечерний пункт раздачи бесплатной еды в ЧЕТВЕРГ в 19:00 у меня получилось лишь в новогодние каникулы (январь 2019).

Приехав на обозначенный в расписании “Бесплатного питания” перекрёсток ул.Казанской и Горбачёва, я сразу увидела у чугунной решётки заброшенного стадиона толпу людей. Не трудно было догадаться, чего они ожидают: в этой разношёрстной компании можно было видеть как приличные спортивные зимние куртки с шапками, так и изношенные пальто с потёртыми дублёнками. Я припарковалась на обочине перед ещё двумя автомобилями, с лёгким удивлением гадая про себя: не имеют ли отношение к раздаче питания и эти автомобили! Эта мысль была бы странной, если б вокруг не было так пустынно и темно: город как будто уже спал, приходя в себя после празднования Нового Года.

День выдался довольно морозный, так что не хотелось выходить из машины раньше времени. Особенно усиливало нежелание ждать на улице поведение одного из мужчин: бедолага в старой куртке и плохонькой обуви, видимо, совсем замерзал, потому что не мог стоять на месте и без остановки ходил вокруг небольшого пятачка, заполненного его собратьями по несчастью, наматывая круги. Я приехала на 10 минут раньше и мне стало не по себе: неужели он все 10 минут будет вот так ходить без остановки, подпрыгивая иногда на ходу?.. Так и случилось!

В 19:00 к чугунной решётке стадиона смело и лихо подкатил легковой автомобиль, из которого вышел молодой человек и девушка. Толпа оживилась. Бездомные, устроившиеся на подстилках, начали вставать со своих мест и подходить к автомобилю. Из машин на обочине – как я и предполагала, – тоже вышли люди: молодые парни. Невозможно было усидеть на месте от любопытства: парни из машины – тоже приехали ПОЕСТЬ?!.. Я выскочила наружу, несмотря на лёгкий мороз и желание подольше посидеть в тепле.

Водитель открыл багажник, весело переговариваясь с ребятами из машин и пожимая руки как им, так и бездомным людям, – не брезгуя ни кем. Зачем-то вынул из багажника доску, которая неожиданным образом превратилась на наших глазах в полочку над открытым багажником. И стало ясно: здесь всё налажено! На эту полку тут же выставили нарезанный хлеб и печенье.

Люди в старых пальто и потёртых куртках уже выстроились в огромную очередь. Ещё во время ожидания я насчитала 20 человек. Теперь добавила к своим подсчётам стайку из ещё 5 бездомных, которые дружной компанией вышли из-за угла, чтобы присоединиться к очереди. Бросились в глаза неприятные, пропитые лица пары-тройки женщин…

Девушка, надевая одноразовые перчатки у багажника автомобиля, – Оля (имя вымышленное), – заметила, стоя к очереди полубоком: “Что-то вы опять веером встали, товарищи!” На что очередь тут же отреагировала: перегруппировалась. К ней обратилась одна из женщин, радостно выбегая вперёд: “Я к вам! За таблетками! Мне надо – от желудка!” Оля спокойно ответила: “Настя (имя вымышленное), как у тебя дела?.. После раздачи, хорошо? Я посмотрю. Не помню, есть или нет… Кажется, в прошлый раз последние отдавала.” Двое молодых людей со стороны подошли и сразу направились к Оле, – девушка с молодым человеком: “Помощь нужна?” Услышали в ответ “Да” и радостно сделали вывод, подходя к багажнику за одноразовыми перчатками: “Как мы вовремя!”

К столбу привязали большой пакет для мусора, и перед тем как начать Денис (имя вымышленное) вышел вперёд: “Помолимся, православные!.. Поблагодарим Бога за еду!” После молитвы благодарности закипела работа: парни, приехавшие на машине заранее, оказались помощниками. Пока людям клали в пластиковые тарелки горячую гречку с тушёнкой, Денис громко обращался к пришедшим: “Расскажу для новеньких, какую помощь вы можете здесь получить сегодня, кроме еды! У нас есть медик, к которому вы можете подойти после того, как все покушают. Если у вас есть нарывы или нагноения (не к столу будь сказано), она о них позаботится! У нас так же есть мобильный телефон, который вы можете использовать для связи. После еды вы можете подойти ко мне, и я дам вам позвонить: может быть, вы хотите связаться с близкими или родными; сообщить им, как у вас здоровье и всё ли хорошо…”

По мере того, как Денис говорил, один молодой человек рядом с машиной поставил на снег большую спортивную сумку, второй – пакет с зубной пастой и, кажется, мылом. Денис не останавливался: “У нас так же есть одежда для тех, кто в ней нуждается. Хотя сегодня её немного… В следующий раз принесём гораздо больше! И если кому-то нужны средства гигиены, вы можете подойти и выбрать из того, что у нас есть!” Один из помощников раскрыл пакет с зубными пастами пошире для подошедших женщин: “Разбирайте!”

К чаю предлагалось печенье. Некоторые из собравшихся брали добавку печенья, тогда как другие, напротив, отказывались: “Мне не надо печенье! Мне – чай!”

Денис всё время раздачи еды продолжал обращаться к собравшимся громким голосом, несмотря на холод и не сбиваясь: “Вот все мы только что отпраздновали Новый Год! Какой фильм у нас самый популярный?..” Люди – кто с тарелкой, а кто уже и с чаем, – отзываются: “Ирония судьбы!” Денис кивает: “Там есть такая песня… Кто помнит? ‘Если вы не живёте…’ Какое продолжение?..” К сожалению, мысль Дениса я не всегда успевала проследить. “Мы все совершаем выбор! Каждый день! Вы скажете: ‘Какой выбор мы совершаем?'” Я в этот момент отмечала про себя, как бездомные аккуратно выбрасывают мусор в чёрный пакет у столба. Поскольку Оля попросила меня помочь ей с печеньем (к этому моменту мы уже познакомились), мне приходилось обращаться к очередному человеку в меховой шапке и напряжённым взглядом: “Печенье!.. Печенье к чаю!” И кто-нибудь в очередной раз отказывался: “Мне не надо печенье! Мне надо ЧАЙ!” А кто-то молчаливо протягивал руку. И брал вместо того, кто отказался, ещё и ещё раз…

Когда очередь за чаем уже давно растаяла, а печенье получилось дать некоторым не по одному разу, я поставила пачку на полочку и выбросила перчатки в пакет для мусора на столбе. Махнула Оле рукой: “Я побежала!” И мы попрощались.

Я сделала для себя вывод: на этом пятачке работает целая команда волонтёров. Есть и медик, и проходит раздача тёплой одежды (по сезону)… В самом начале раздачи еды со мною рядом незаметно оказался молодой человек (наверное, из той самой машины на обочине), который в какой-то момент ко мне повернулся и спросил: “Вы на раздачу еды пришли?” Я ответила: “Да, но…. я – посмотреть!” Увидела стопку визиток у него в руках, – он собирался одну мне дать. И передумал: “А, вы посмотреть!..” И отошёл. До сих пор думаю: почему я у него визитку не взяла? Это было бы интересно! Сообразить не успела! Надо было всё равно попросить! Теперь думаю: скорее всего, визитка из реабилитационного центра. Но это – моё предположение.

Приятно видеть, когда у людей всё продумано. К этому моменту я уже месяц как наблюдала за волонтёрами, помогая по мелочам. И не пожалела, что доехала в мороз до угла Горбачёва и Казанской в выходные дни: чужой опыт всегда интересен. Есть чему поучиться у людей!

Размышляя о бездомных людях и помощи им, не раз задумываюсь о том, как бы не подвести наших подопечных. В наш век публичности, когда большая часть людей живёт “онлайн”, выкладывая о себе практически всё в различные социальные сети, часто забывается свобода людей ВОКРУГ нас, – а именно: СВОБОДА человека ХРАНИТЬ ТАЙНУ своей – ЛИЧНОЙ – ЖИЗНИ.

Я намеренно НЕ ДЕЛАЛА ФОТОГРАФИЙ во время своих «ИССЛЕДОВАНИЙ НОВИЧКА». Не потому, что не хотела или забыла бы это сделать. Я осмелилась сфотографировать во время своих исследований лишь один раз, – на Луганской 5А (у храма); и сделала это лишь потому, что вокруг стемнело и лица людей было не разобрать, лишь их очертания.

У многих бездомных ещё сохраняются внешние связи. У них есть дети, внуки, – самые разные родственники и, простите, друзья! Бывшие коллеги по работе и самые разные знакомые из их прошлой – домашней – жизни! Среди бездомных и малоимущих людей есть представители самых разных профессий, – в том числе связанных с работой с людьми.

Постепенно родственники начинают их стыдиться, – а значит, к родным людям, к своей семье – лишний раз им на порог не ступить! И те, кто, казалось бы, призваны помогать в первую очередь нашим подопечным, становятся для малоимущих и бездомных словно чужими. Обрубаются последние ниточки, которые ещё могли бы вернуть этих людей к полноценной жизни.

У меня перед глазами бабушка-пенсионерка, которая вынуждена приходить за бесплатной едой, но боится раньше времени к нам подойти: “Мне стыдно!”
Мы ей отвечаем: “Вы походите рядом ещё 5 минут, пока мы стол устанавливаем… Потом подойдёте!”
Она посмотрела на нас благодарными глазами и неожиданно призналась: “Меня высмеивают соседи за то, что я сюда хожу!”
Палыч (отчество вымышленное) в ответ на последнее сказал ей: “Не вам должно быть стыдно! ВАМ стыдиться не надо: это не ваша вина!”

Даже если люди вынуждены жить по подвалам, они остаются ЛЮДЬМИ. И какой бы ни была их жизнь в данный момент, в душе им по-прежнему хочется чувствовать себя уверенно; сохранить человеческое достоинство даже в этих обстоятельствах. Далеко не все они – пропитые пьяницы, которым уже ни до чего нет дела.

Поэтому УБЕДИТЕЛЬНАЯ ПРОСЬБА ко всем ВОЛОНТЁРАМ:
– прежде, чем сделать фотографию на пункте раздачи еды, ПРЕДУПРЕДИТЕ (а лучше спросите разрешения) у людей;
– если кто-то не желает показывать своё лицо всемирной – глобальной – сети, дайте им возможность и предложите вслух – ОТВЕРНУТЬСЯ.

Давайте, будем УВАЖАТЬ ЧУЖОЕ ПРАВО НА ТАЙНУ ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ!
Если к нам пришли за помощью, – давайте её им окажем. Но оставим при этом для них “отходные пути” в лице их давних знакомых, друзей и родных. И позволим каждому чувствовать себя – человеком.

Посетить вечерний пункт раздачи еды в четверг у меня получилось лишь в новогодние каникулы.

Приехав на обозначенный в расписании “Бесплатного питания” перекрёсток ул.Казанской и ул.Горбачёва, я сразу увидела у чугунной решётки заброшенного стадиона толпу людей. Не трудно было догадаться, чего они ожидают: в этой разношёрстной компании можно было видеть как приличные спортивные зимние куртки с шапками, так и изношенные пальто с потёртыми дублёнками. Я припарковалась на обочине перед ещё двумя автомобилями, с лёгким удивлением гадая про себя: не имеют ли отношения к раздаче питания и эти автомобили! Эта мысль была бы странной, если б вокруг не было так пустынно и темно: город как будто уже засыпал, приходя в себя после празднования Нового Года. День выдался довольно морозный, так что не хотелось выходить из машины в ожидании семи часов вечера. Особенно усиливало нежелание ждать на улице поведение одного из мужчин: бедолага, видимо, совсем замерзал, потому что не мог стоять на месте и без остановки ходил вокруг небольшого пятачка, заполненного его собратьями по несчастью, наматывая круги. Я приехала на 10 минут раньше и мне стало не по себе: неужели он все 10 минут будет вот так ходить без остановки, подпрыгивая иногда на ходу?.. В принципе, именно так и получилось!

В 19:00 к чугунной решётке стадиона смело и лихо подкатил легковой автомобиль, из которого вышел молодой человек и девушка. Все оживились. Из машин на обочине – как я и предполагала, – тоже вышли люди: молодые парни. Невозможно было усидеть на месте от любопытства: парни из машины – тоже ПРИЕХАЛИ поесть?!.. Я выскочила наружу, несмотря на лёгкий мороз.

Водитель открыл багажник, весело переговариваясь с ребятами из машины и пожимая руки как им, так и бездомным людям, – не брезгуя никем. Зачем-то вынул из багажника доску, которая неожиданным образом превратилась на наших глазах в полочку над открытым багажником, – сразу стало ясно: здесь всё налажено! На эту полку тут же выставили нарезанный хлеб и печенье.

Люди в старых пальто и потёртых куртках уже выстроились в огромную очередь. Ещё во время ожидания я насчитала 20 человек. Теперь добавила к своим подсчётам стайку из ещё 5 бездомных, которые дружной компанией вышли из-за угла, чтобы присоединиться к очереди. Девушка, надевая одноразовые перчатки у багажника автомобиля, – Оля (имя вымышленное), – заметила, стоя к очереди полубоком: “Что-то вы опять веером встали, товарищи!” На что очередь тут же отреагировала: сгруппировалась. К ней обратилась одна из женщин, радостно выбегая вперёд из очереди к Оле, как к старой знакомой: “Я к вам! За таблетками! Мне надо – от желудка!” Оля спокойно ответила: “Настя (имя вымышленное), Как у тебя дела?.. После раздачи, хорошо? Я посмотрю. Не помню, есть или нет… Кажется, в прошлый раз последние отдавала.” Двое молодых людей в хорошей одежде подошли и сразу направились к Оле, – девушка с молодым человеком: “Помощь нужна?” Услышали в ответ “Да” и радостно сделали вывод, подходя к багажнику за одноразовыми перчатками: “Как мы вовремя!”

К столбу привязали большой пакет для мусора, и перед тем как начать Денис (имя вымышленное) вышел вперёд: “Помолимся, православные!.. Поблагодарим Бога за еду!” Закипела работа: парни, приехавшие на машине заранее, оказались помощниками. Пока людям клали в пластиковые тарелки горячую гречку с тушёнкой, Денис громко обращался к пришедшим: “Расскажу для новеньких, какую помощь вы можете здесь получить сегодня, кроме еды! У нас есть медик, Оля, вы можете подойти к ней после того, как все покушают. Если у вас есть нарывы или нагноения, Оля о них позаботится! У нас так же есть мобильный телефон, который вы можете использовать для связи. После еды вы можете подойти ко мне, и я дам вам позвонить: может быть, вы хотите связаться с близкими или родными; сообщить им, как у вас здоровье и всё ли хорошо.” По мере того, как Денис говорил, один молодой человек рядом с машиной поставил на снег большую спортивную сумку, второй – пакет с зубной пастой и, кажется, мылом. Денис не останавливался: “У нас так же есть одежда для тех, кто в ней нуждается. Хотя сегодня её немного… В следующий раз принесём большую часть! И если кому-то нужны средства гигиены, вы можете подойти и выбрать из того, что у нас есть!” Его помощник раскрыл пакет с зубными пастами пошире для подошедших женщин: “Разбирайте!”

К чаю предлагалось печенье. Некоторые из собравшихся брали добавку печенья, тогда как другие, напротив, отказывались: “Мне не надо печенье! Мне – чай!”

Денис всё время раздачи еды продолжал обращаться к собравшимся, громким голосом несмотря на холод и не сбиваясь: “Вот все мы только что отпраздновали Новый Год!.. Какой фильм у нас самый популярный?..” Люди – кто с тарелкой, а кто уже и с чаем, – отзываются: “Ирония судьбы!” Денис кивает: “Там есть такая песня… Кто помнит? ‘Если вы не живёте…’ Какое продолжение?..” К сожалению, мысль Дениса я не всегда успевала проследить. “Мы все совершаем выбор! Каждый день! Вы скажете: ‘Какой выбор мы совершаем?'” Я в этот момент отмечала про себя, как бездомные аккуратно выбрасывают мусор в чёрный пакет у столба. Поскольку Оля попросила меня помочь ей с печеньем (к этому моменту мы уже познакомились), мне приходилось обращаться к очередному человеку в меховой шапке и напряжённым взглядом: “Печенье!.. Печенье к чаю!” И кто-нибудь в очередной раз отказывался: “Мне не надо печенье! Мне надо чай!” А кто-то молчаливо протягивал руку. И брал вместо того, кто отказался, ещё и ещё раз…

Когда очередь за чаем уже давно растаяла, а печенье получилось дать некоторым не по одному разу, я поставила пачку на полочку и выбросила перчатки в пакет для мусора на столбе. Махнула Оле рукой: “Я побежала!” И мы попрощались.

Я сделала для себя вывод: на этом пятачке работает целая команда волонтёров. Есть и медик, и проходит раздача тёплой одежды (по сезону)… В самом начале раздачи еды со мною рядом незаметно оказался молодой парень (наверное, из той самой машины на обочине), который в какой-то момент ко мне повернулся и спросил: “Вы на раздачу еды пришли?” Я ответила: “Да, но…. я – посмотреть!” Увидела стопку визиток у него в руках, – он собирался одну мне дать. И передумал: “А, вы посмотреть!..” И отошёл. До сих пор думаю: почему я у него визитку не взяла? Это было бы интересно! Сообразить не успела! Надо было всё равно попросить!

Приятно видеть, когда у людей всё продумано. К этому моменту я уже месяц как наблюдала за волонтёрами, помогая по мелочам. И не пожалела, что доехала в мороз до угла Горбачёва и Казанской в выходные дни: чужой опыт всегда интересен. Есть, чему поучиться у людей!

Съездить к 13:00 на кормление в п.Коминтерн сегодня не получилось: с утра не завелся автомобиль, хотя на улице вроде бы всего -6С. Зато к 15 часам аккумулятор зарядился, так что я отправилась на Луганскую 5А (рядом с православным храмом).

Поворачивая на улицу Урожайную, сразу же увидела людей, – в том числе Палыча, – рядом с открытым багажником не новой audi. Взгляд привлёк синий квадрат пластикового стола в руках у высокой женщины в длинных одеждах, – люди посуетились и поставили стол на небольшом пустыре у дороги.
– Это Оксана (имя вымышленное). – Палыч представляет нас друг другу: – Это Лена (имя вымышленное). Лена тоже хочет нас кормить.
На столе уже два больших, круглых, серебристых термоса и пакет с одноразовой посудой и конфетами. В открытом багажнике автомобиля – большие пакеты с выпечкой. Оксана и помогающий ей высокий мужчина открывают термосы: перловка с тушенкой и чай. Мужчина наливает мне чай:
– Это вам.
– Нет, спасибо: я только что из дома. Я здесь неподалёку живу…
Я не могу отвести глаз от термосов:
– Тоже хотим участвовать, сейчас термосы ищем…
Оксана охотно делится:
– Наши на Авито куплены, б/у. За 4000 купили сразу три. Здесь у меня два, один на 6 л, другой на 8 л… Если сами не найдёте, можем вам дать попользоваться третьим термосом – для доброго дела. Пусть послужит, а то без дела дома стоит.
У стола кроме Палыча ещё двое мужчин. Всего – три человека. Хотя только что было пятеро: две женщины решили сходить в храм, свечки поставить, пока накрывают стол.
Оксана представляется: мы из службы милосердия.
Перед тем как кормить собравшихся, помощник Оксаны, вынимавший термосы, призвал всех мужчин снять шапки и помолился, повернувшись лицом к храму:

Все перекрестились.
После молитвы начали раздавать еду.
– Вы так много наготовили, а пришло всего трое. Вы – как?..
Оксану это не расстраивает:
– Ну так что ж поделаешь!.. Но сейчас, я думаю, ещё подойдут.
И в самом деле, постепенно к столу собирается люди, всего – двенадцать человек. Просят положить им выпечку из багажника в пакеты: хотят унести с собой.
Подбегают две девочки лет одиннадцати, в лёгких куртках ярких цветов, у одной мешок для обуви за плечами. Оксана даёт им конфеты и чай:
– Дети с воскресной школы… Как раз в это время освобождаются.
И никому не отказывают. Дают в руки выпечку и конфеты, если человек уже поел. Девочки довольно долго стоят тут же, рядом, – никто их не прогоняет. Дети смеются, пьют чай и общаются между собой.

Палыч показывает на женщину в светлой куртке и вязаной шапке:
– Вот моя внучка! И правнучка есть! Правнучке 7 лет!
Внучка смущается брать со стола, хотя он её просит:
– Возьми на меня два пирожка: не дотянуться! Мы здесь разговариваем!
Она приносит и отдаёт ему пирожки. Палыч показывает мне на неё снова и снова:
– Вот если бы не она, нас бы здесь не кормили!..

Оксана предлагает добавить меня в группу организаторов в вайбере, помогающим бездомным людям.
– Там сможете списаться с людьми… И день выбрать. НИКА могут вам выпечку привозить, чтобы вы её здесь раздавали. Не у всех же есть возможность горячее приготовить!
Обменялись контактами.

Я тихонько спрашиваю Палыча:
– Что если бы то, что вы мне рассказываете, я написала бы где-нибудь в интернете? Вы бы не против были?
– Нет, я не против!
– У вас неприятностей не будет?
– Не-ет, пишите-пишите!
И совесть моя успокоилась: можно блог опубликовать.
– Если надо будет что-нибудь уточнить, телефон мой у вас есть, – звоните!
– Хорошо.
Знакомит с ещё одним человеком в возрасте, с сединой в волосах:
– Тоже учитель.
Вижу у нового знакомого во взгляде лёгкую панику, когда Палыч добавляет:
– Не знаешь его?
– Нет, я в центре города училась. Мама меня учиться в центр города отправляла, поэтому я учителей нашего района не знаю…
И новый знакомый присоединился к беседе:
– Когда мы снова увидимся? В четверг?
– Да,.. но, наверное, не на этой неделе. Через неделю.
Он задумчиво кивает в ответ, – запоминает: “Четверг, через неделю…”

Слово “бомж” я использовать не осмелилась бы при разговоре, но слово “бездомный” один раз произнесла, – заметила лёгкое напряжение на лице у нового знакомого и сделала для себя вывод: эти люди могут называть себя между собой, как хотят: “бездомный”, “бомж”; но мне лучше всё же быть аккуратной. От меня слышать такие слова не все готовы.
Кроме того, в этот день впервые почувствовала неприятный запах от двоих из людей. И поймала себя на не типичной мысли: “Хорошо.” Почему хорошо? Не потому, что от людей пахнет и уж тем более не потому, что им негде жить, а потому что: “Реальные бездомные.” Не обманывают. В арке не слышала этого запаха ещё ни разу. “Сюда пришли поесть настоящие бездомные люди.” Этому я – рада. Очень. Хотя была бы, безусловно, куда более рада, если б не было такой проблемы ни у кого из людей.

Появляется возможность найти термосы.
Я разговаривала с настоящими бездомными.
Неужели-неужели получится кому-то хотя бы немного в этой жизни помочь?
Надежда есть!

Придя домой, написала руководителю группы “Помощь бездомным людям” в ВК, что хотим кормить в четверг – возражений не последовало, наоборот: человек очень рад. Прикидывает, можно ли оказать какую-то посильную помощь насчёт термосов.

Вот уже который день на этой неделе встречаю очень добрых людей. Отзывчивых, готовых помочь тем, кто нуждается, не спрашивая их ни о чём.
Я не думала, что добрых людей так много. Порой в принципе сомневалась, что они есть. Только догадывалась: есть, и ДОЛЖНО быть много!

Вновь и вновь на этой неделе приходит в голову одна и та же мысль: “Был бы только Человек.”
Сколько размышляю о жизни, – слушая разных людей, глядя фильмы на реальных событиях, читая чужие истории, – замечаю, что очень часто в самых трудных обстоятельствах люди находят помощь – от Бога, но через – человека. И при этом напрашивается показавшееся мне странным наблюдение: довольно часто достаточно именно даже ОДНОГО человека.
Не было бы Оксаны, Кирилла, Константина,.. организатора НИКА – что сталось бы с бездомными?
Поэтому я говорю: слава Богу за людей!

Несмотря на решение ездить каждый день всю первую неделю, думала сегодня пропустить. И не потому, что ехать лень или времени нет, – могу себе пока позволить потратить время. А потому что – эмоционально очень тяжело.
Особенно в связи с написанием ежедневных “отчётов”… Если бы просто съездить, – посочувствовать, попереживать, – это одно. Но ведь пока пишешь всё, что видел и слышал, получается, вновь и вновь пропускаешь эту информацию через себя. При этом совершенно неожиданно – в любой момент дня – всплывает в памяти чьё-то лицо или фраза… И это – тяжело.
При этом голос внутри спрашивает с ехидством: “Ради блога теперь будешь ездить, да? Или ради чего?” Отвечаю: блог, безусловно, стимулирует. Думаешь: вот же, решила всю неделю первую ездить! Надо! Но дело я затеяла не ради блога, а наоборот: блог – ради дела. Повторюсь: вдруг, кто-нибудь – такой же дилетант, как я, – почитает, сделает какие-то собственные выводы и тоже решит помогать?

Сегодня в связи с эмоциональным перенапряжением думала, – буду в городе дела делать, просто заеду и гляну, чем их сегодня кормят и сколько человек. Пропустить всё же не могу. Дело даже не в блоге: в блоге так и напишу: не выдержала эмоционального напряжения!
А – всё равно не получилось просто мимо “пробежать”: каждый раз – новая информация, а то и новый человек.

На улице сегодня -6C, собралось 30 человек. Мы подъехали вдвоём с мамой в 5 минут второго, так что все уже кушали. На раздаче – двое мужчин в белых футболках, натянутых поверх зимних курток, с надписью: “НИКА Автономная Некоммерческая Организация”. Один мужчина – широкоплечий, рослый, молодой; второй уже в возрасте. Поставлен стол, на нём стоит большой зелёный термос и огромная алюминиевая кастрюля. Очередь довольно быстро продвигается вперёд. Большинство людей уже с одноразовыми тарелками в руках, кушают, сев на бетонные блоки, перегораживающие проезд в арку; перед каждым таким человеком уже стоит налитый в одноразовый стаканчик чай и лежит большой ломоть чёрного хлеба. Рядом с раздающими стоит так же огромный пакет с выпечкой, – как нам объяснили, её тоже будут раздавать.

Пока приглядывалась, заметила краем глаза прохожего, – как мне показалось, молодого человека с белыми наушниками в ушах. Обернулась на столы и увидела, что ошиблась: это не прохожий, а один из бездомных. И лицо его – лицо весьма постаревшего молодого человека, проживающего на улице. Удивилась про себя: надо же, а я было подумала, просто прохожий! Почему? Да из-за наушников: не допускаю для себя наличие такого простого аксессуара у человека, у которого нет дома. В следующую секунду “молодой” человек вынул из-за пазухи аудиоплеер, и наступила некоторая ясность: кто в наше время слушает аудиоплеер? С кассетами!
Вопросов больше нет!

Палыч увидел меня как раз когда закрывал майонезное ведро, куда ему положили макароны по-флотски. Вспомнил про вчерашние блинчики:
– Я как раз сегодня утром один съел! Оставил со вчерашнего дня! Очень вкусные! А мама где?
– За машинами стоит: увидела рядом с вами собак, решила их покормить. У нас в багажнике для собак еда есть.
Познакомил меня с представителем организации НИКА.
– У них офис тут, за углом! 500м отсюда! Пойдёте посмотреть?.. Там чистота – пол можно языком лизать!
Оказывается, есть организация, которая предоставляет бездомным людям ночлег в нашем городе. Как сказал Игорь (имя вымышленное), “Это всё – частная инициатива! А вы – кто будете? Из какой организации?” Мы ответили: “Мы – физические лица. Не организация.”
Когда Палыч сказал, что мы тоже хотим их кормить, – на Филейке, – Игорь заинтересовался:
– Там палатку на следующей неделе будем ставить. С обогревом. Круглосуточную. Люди будут охранять – посуточно. Будем им ужин туда возить… Если бы вы могли с ужином помочь, было бы хорошо.
– Палатку будете ставить – на всю зиму?
– Конечно. Пока на улице холода. Созвонитесь с Леной, которая кормит на Филейке, она вам подскажет, когда собрание. Поговорите с ней… Давайте, я вам её номер телефона дам и свой.
Палыч уже даёт мне визитку: “НИКА”.

– А где палатку будут ставить? Адрес не знаете?
– Нет, к сожалению: не запомнил. Они его на собрании всё между собой повторяли… А я не местный: я сам с Ижевска. Поэтому адрес как-то мимо себя… пропустил.

Маму в какой-то момент отвлекли: Палыч привёл женщину со словами: “Она здесь тоже с самого основания!”
Мама позднее со мной делится: “Я спрашиваю: может быть, вам лекарства какие-нибудь нужны? От простуды, например?.. Она говорит, нужна мазь ацикловир, а то простуда на губах, мучаюсь. И при этом добавляет, что все свои деньги отдаёт детям и внукам.” Маме это не понравилось:
– Я этого не люблю. Получается, у неё деньги есть, но она их детям и внукам отдаёт… Конечно, мы не видели её детей и не знаем, как они живут!.. Но я так думаю, у человека должна быть какая-то стыдливость. А когда так… Деньги есть, а ходит сюда с бездомными…
– Что ж теперь, из-за таких как она, другим не помогать?
Помолчали. Едем в машине, вдвоём думаем.
– Помогать.
– Я думаю, когда оказывается кому-то благотворительность, такие женщины как эта – недостаток, да. Минус. Но останавливать дело из-за таких людей, которые всё равно найдутся в каждой организации… Есть люди действительно нуждающиеся, неужели из-за такой, как она, остальных бросать?
Сделали вывод: не бросать. Это – дело совести той женщины.

Выбрали с Палычем день. Думали взять среду, – оказалось, что информация в группе ВКонтакте не полная: в среду их тоже кормят горячим обедом. Правда, через неделю.
– В среду нас кормят казаки и милиция!
Смотрим на Палыча с удивлением. Он повторяет:
– Да! Сама милиция нас кормит! Только не здесь, а напротив бани, где продают цветы. Тоже рядом с вокзалом.
Взяли себе на заметку. Выбрали в итоге четверг.
Палыч достал из сумки тетрадь:
– Здесь – английский…
Ну, думаю, беда: и тут – хотят, чтобы я занималась!.. У меня всю жизнь так, поэтому я в таких случаях к худшему готовлюсь…
К счастью, заниматься не попросили. Отдали тетрадь:
– Можешь выписать что-нибудь, мало ли. Можешь и оставить себе, – вдруг пригодится?
Я взяла тетрадь:
– Хорошо. Спасибо.
– Увидимся завтра, у храма в 15 часов!
– Завтра я не смогу: весь день работаю…
Да и на следующий день горячего обеда в расписании нет, только выпечка в 14:30.
– Да и завтра суббота, – поняла, что Палыч дни перепутал: – В воскресенье у храма в 15:00 буду, это послезавтра.

Когда разговаривали с Игорем, я призналась:
– Видела петицию на сайте change.org о ночлежке для бездомных в г.Москве. Думаю: вот бы нам – ночлежку!.. А вы это уже делаете! Как здорово!
Игорь удивился:
– Так у нас и ночлежка есть. У старого моста. Государственная. И ещё есть в Вересниках. Правда, там сейчас мест нет…
Палыч добавляет:
– И там сейчас ремонт…
Игорь не останавливается:
– И они не кормят. Но можно месяц жить бесплатно, пока тебе помогают при этом восстановить документы. Правда, сперва надо пройти мед.осмотр: сдать на анализ кровь, мочу и сделать рентген. Потому что людей много, мало ли что!..
– И получается мед.осмотр сдавать? Люди сдают?
– Конечно! Один вот на днях… Мужчина, помёрз на улице два или три дня и пришёл к ним. Затребовали мед.осмотр. Он всё сдал. Приходит снова, а ему говорят: “Мест нет.” Он говорит: “А мне что теперь делать?” Разводят руками: “Не знаем! Ничем помочь не можем!” Человек пришёл к нам. У нас, правда, тоже мест уже нет: как похолодало, все бездомные побежали и к ним, и к нам… Зато у нас филиалы в других городах есть! Я вот как раз сегодня утром посадил его на автобус и отправил в наш филиал в Сыктывкар!
Я смотрю на Игоря другими глазами: Человек.
Есть ведь Люди…
Бог – есть…

Так что проехали мы мимо и – познакомились с организацией “Ника”.
Когда стали уезжать, увидели уже пустую кастрюлю из-под макаронов по-флотски рядом с бардовой девяносто-девятой.

Ночью увидела пропущенный звонок: 19:26. Незнакомый номер. Есть у меня такая привычка – звук у телефона отключать, а затем не включать обратно… Утром перезвонила: думаю, может, Палыч? Второй его номер не знаю, но начинается так же… Точно!
“Я подумал позвонить – посмотреть: ответите, не ответите?”
Пришлось извиняться. Хотел, чтобы я с кем-то поговорила вчера в 19:26.

Рассказывает мне тут же из истории своей жизни и всего маленького сообщества в арке, – начинает со слов: “Это ведь вы обещали нас кормить!” Я говорю: “Ну, пока не обещала… Мы тут в процессе!” Делится:
“Сейчас спокойнее… Вы не переживайте, вас никто не обидит: у нас – порядок. Это раньше, бывало, дрались между собой из-за еды, потому что приготовят на сорок человек, а придут – шестьдесят, восемьдесят! Драки были: ‘Ты без очереди!’ Люди ведь по трубам жили… Реально – по трубам. Но это – в начале, в 2002-2006.
А теперь нас и меньше гораздо. И люди – у каждого свои обстоятельства… Покушают здесь некоторое время, окрепнут, здоровье поправят и – уезжают. Вот, например, один с Владивостока был. В поезде его ограбили, оставили без ничего! Милиция его привела, показала: ‘Пожалуйста, покушай!’. Другой – с Тюмени, приехал было на заработки, да должен был жить в Кирове месяц, а прожил – целых шесть… Так получилось!.. Человек пришёл покушать, присел и – упал в голодный обморок. Вызвали скорую, откачали… Бывает, и со Средней Азии приходят люди с детьми, – и такое случается.
Конечно, есть хорошие бездомные, настоящие; а есть – которые притворяются. Но раз на третий – пятый они всё равно выдают себя, мы их видим. Человек ведь хочет себя показать, не может без этого! Так что всё становится ясно с такими.
Бывает, и вор попадётся. Не сразу его и вычислим. Один внедрился, – женщина, в два раза ниже его ростом, его осадила. Майонез хотел вытащить. Суд состоялся: он на нас заявление написал, будто мы его “избили”. А его просто за ухо один дёрнул, кто у него стоял за плечом – мол: тут сила есть, ты не балуй! С тобой тут справятся! И такое бывает…
Нас ведь полиция охраняет. Стоят двое полицейских.
Вас в обиду никто не даст!”
Если честно, полицейских я и не заметила… Но раз Палыч говорит, – значит, знает.
Да и его слова накануне об охране как-то всерьёз не восприняла. И удивлялась, отчего они повторяют, что нас никто не обидит!

Сегодня обеда горячего нет по расписанию в группе помощи бездомным людям. Есть раздача выпечки в 14:30 и горячий ужин в 19:00. Всё там же, в арке. На ужин я не попадаю: работа. А у мамы залежалось молоко, – она предложила сделать блинчики. Напекла сколько-то. Звоню Палычу: “Хотим блинчики привезти! В одно время с выпечкой! Это – можно? Проблем не будет?” Отвечает: “Опоздали! Давайте, в другой раз! Выпечку могут и в 14:00 привезти, и в 14:15 – когда как привозят!” Времени – без пяти два. Я решила за нас за всех: “На машине я за 20 минут доеду. Давайте, если я успею, то – я с блинами. Если опоздаю, то – опоздаю. Приеду, а вас уже нет – ну, что поделаешь!” Никому не обидно будет!
А он, видимо, не знает, как верить на слово; стоять на холоде лишние полчаса никому не хочется… Сложили блины в самую большую кастрюлю, обмотали простынёй и – вперёд. Кастрюля 5 л, но – не полная… И блины в спешке не сосчитали!

Еду и думаю: хоть бы в придачу иметь возможность налить им и чай!
Надо термос искать!.. Поспрашивать у родных и знакомых.

Приезжаю со страхом, что никого уже нет и опоздала. 14:20. Подхожу с кастрюлей в большом пакете: стоят. От сердца отлегло. Я – к Палычу: “Я не знаю, сколько у меня блинов. Но они ещё горячие… Может, их бы сразу раздать, пока не остыли?.. Я извиняюсь: получается всухомятку…” Палыча последнее не смутило: “Ничего!” Насчитали 30 человек. Кому-то сделали замечание:
– Где твой пакет?
– Так нету…
Палыч достаёт из своих запасов и отдаёт человеку:
– Тебе – двойка. – смотрит серьёзно: – Настоящая двойка!
– Понял.
Мужчина улыбается, но тоже отвечает серьёзно.
Заминка. Кое-кто сразу заметил, что я с пакетом, и хотел подойти, – а я ничего не раздаю, побежала к старшему вместе с кастрюлей. Теперь некоторые люди не знают, что и думать.
Говорю Палычу: “Вы – командуйте. Я команды жду.” Он скомандовал. Собрались.

Палыч объявил всем: “Это – пробный вариант! Вставайте в очередь! Никого не ругаем!” Из очереди отвечают: “А мы и не ругаем никого!”
Я с пакетиками: у них ведь большие пакеты, для выпечки; а тут – блинчик… Во что его положить? Люди запереживали, что я свои пакеты достала из кармана; бабулька дала мне всё же свой маленький пакетик: “Положи мне в этот пакет…”.
Блины горячие, кладу по одному в небольшой пакет и раздаю. Кому-то досталось два… Кто-то просит на двоих или на троих, – я спрашиваю Палыча: “Можно на троих давать?” Из очереди женщина кричит кому-то на расстоянии: “Иди сюда! Мне на тебя не дадут!” Но, вроде бы, никто не обижается. “Горячие! Погреться можно!” Я молчу: раздавать – и то тепло!
– А кто делал?
– Мама.
– Господь благослови твою маму! Спасибо большое!
Подошёл со спины пожилой мужчина с палочкой: “А что дают?” Я ведь не знаю, кто бездомный… Говорю: “Вам, наверное, лучше в очередь встать…” Очередь одёргивает отвлёкшегося Палыча: “Палыч! Давай, наводи порядок!” Он готов порядок навести, – человеку со стороны не хватило, но Палыч к нему обратился: “Вы бы сначала узнали, что дают и кому дают… Вы бы подошли заранее.” В общем, человек – просто мимо проходил. Последняя женщина в очереди подошла со словами: “А мне, может, хватит?” Я говорю: “Извините, уже нет… Не знаю, что вам и дать.” Я расстроилась, – Палыч успокаивает:
– Она уже второй раз подошла, ничего страшного. Ей хватило.
– Точно?
– Точно. Я видел.
Главное, Палычу я сообразила в этом процессе тоже дать. Он ведь не мог в очереди стоять: он порядок наводил, а то я бы не справилась.
Таким образом, скоротали время ожидания раздачи выпечки.

В 14:35 подъехала зелёная девятка. Водитель улыбается, открывает багажник, жестом подзывают людей, – мужчины подходят, вынимают три больших, тяжёлых пакета с пирогами и булками. Палыч сообщает: “Это – организация Ника. Сегодня они нам выпечку везут. – показывает на скромную вывеску на высоте, в арке: – Вон их реклама… Видите?” Я сперва не поняла. Мне объяснили: “Печёт – Лена (имя вымышленное) в пекарне. Доставляют – разные организации каждый день. У нас ведь машин нет!”
– А с кафе или столовыми пробовали договариваться
– Пробовали. Была одна пельменная у ж/д вокзала. Очень были к нам расположены люди. Сами предлагали: мол, у нас пельмени остаются! Давайте, мы и на вас готовить станем! Запретили: СЭС. Нельзя. Люди в грязной одежде, – бактерии… Мы в мэрию ходили, пытались, – уговаривали. Нет, нельзя.
И здесь к нам СЭС приходит. Требует пробу снимать. Мы – людей нашли, пробу теперь снимаем. Врач иногда приходит, проверяет.
Мы ведь как – нам сделают замечание, мы исправляемся. Снова сделают замечание – мы опять исправляемся.
У Центрального Рынка какое-то время собирались… Студенты кормили нас… Студенты долго нас кормили, несколько лет… Хорошо, что милиция нас уже знала, спокойно нам сказали: люди возмущаются, нельзя. ‘Что это такое: у Центрального Рынка скопление бомжей?’ И мы перестали там собираться. А то другие полицейские если нас не знают, сразу – хватают, начинают протокол составлять…
– А если по-другому как-то это организовать? Не толпой? По одному человеку заходить.
– По одному – это трудно организовать…
(Видимо, про себя Палыч соображает: остальные двадцать девять человек на морозе ждут?) А у меня – своя мысль, поэтому я не успокаиваюсь:
– Но вот если вы, например, в кафе или пекарню зайдёте и пирожок купите. Неужели не продадут? Неужели не пустят?
Думает сразу за всех:
– Я, допустим, зайду: у меня одежда приличная. А ведь люди по-разному одеты… Кто-то в люках живёт!
– Так что, не пустят? Не продадут?
– Нет. Не получится.
Снова стою, голову ломаю. Мне хочется как-то попытаться иначе эту проблему решить, – не стоять толпой на морозе. Договориться с кафе или столовой, пусть бы их кормили – по одному. Кто когда придёт. В течение дня.
Ведь есть добрые люди! Их гораздо больше, чем кажется! Просто – они не знают. Прочитают, узнают, поймут. И присоединятся! Начнём с малого!

Нашла ВКонтакте страницу пекарни в нашем городе, – всегда свежая выпечка, никогда с качеством не подводили (в отличие от некоторых других заведений). Задала вопрос руководству. Мне написали: “Передали вопрос руководителю. Ответим, как получим ответ.”

Вот так.

А Палычу, оказывается, 80 лет. Недавно перенёс операцию.

Я говорю: “Вы на меня из-за пропущенного звонка не обижайтесь! Я – училка… У меня привычка: на занятии звук отключаю, а потом забываю включить! Но я на все знакомые номера – перезваниваю. Я вам в другой раз перезвоню!”
Он заинтересовался: учитель – чего?
– Английского языка.
– А! English! – заулыбался почему-то: – Так вы нас – по-английский, давайте!
Вот, стою, задумалась: я-то как угодно могу. Понимаю, что человек шутит, конечно, а всё же… Включился учитель, – бывает такое; порой не к месту и не во-время. Поспешила его “отключить”: не та ситуация.

На прощание сказала Палычу: мы думаем взять среду или четверг.
“Выбирайте любой день и время, и где вам удобно. Здесь, – значит, здесь. На Филейке – тоже придём. Там много людей. Сбор возле храма. Там объявления вешали… Придут люди!
Вас никто не обидит! Об этом не беспокойтесь! У нас – порядок.
У храма вам надо с Леной поговорить.
Буду ждать вас там в воскресенье, в 15:00.”

Тяжело сосредоточиться на работе. Жизнь приобрела краски, – оттенки, которых я до сих пор как будто не знала. На всё смотришь по-другому. Рад проточной воде из-под крана и возможности почистить зубы утром.

На пути поймала себя на мысли, что я – счастлива. Как будто сбылась мечта, – да такая, которая превосходила все мои ожидания. Поправляю сама себя: “Я о таком и не мечтала!” И это правда. Потому что: “О таком страшно было мечтать!”
Не ожидала, что я могу что-то сделать. Это и правда – счастье. За эту маленькую возможность – каплю в море – благодарю Бога.

После первого дня и первой встречи трудно было заснуть: мир начал раздваиваться. Как будто есть привычный мир, – тот, в котором у тебя всё есть и это как будто нормально; нет ничего странного в том, что ты имеешь тёплый дом, еду в холодильнике, машину даже… А есть какой-то другой мир, в котором всё, что ты имеешь – сказка! И живёшь ты отныне – в сказке: в тепле, в уюте, спишь в мягкой постели… Деньги на карте есть! Смотришь: человек выходит с покупками из магазина. Вот же: человек захотел поесть – зашёл в магазин и купил! И – всё хорошо!

И возразить бы: так у тебя есть, потому что ты – молодец! Работаешь! Заслужил! Они – безработные, потому что лентяи!.. Да думать так не дают “мифы о бездомных людях”, которые я прочитала в группе ВКонтакте в первый же день. Их бы надо написать отдельно, – но для этого, полагаю, надо получить разрешение группы. Первым среди таких мифов – уверенность, что ни ты, ни члены твоей семьи никогда не окажетесь на улице; а второй – что бездомные люди заслужили такое положение, не работая или даже намеренно избирая этот самый путь. После чтения длинного списка самых разных мифов и увиденного… трудно заснуть!

Сомнения накатили вчера вечером: ну, что я сделала? Ничего!.. Наверное, зря я лезу!.. Всё равно ничего стоящего ведь я сделать не смогу! Для любых больших дел нужны деньги, которых у меня как раз таки нет!.. Пришла на память цитата всё той же группы ВКонтакте: “Людям всегда кажется, что их дела — всего лишь капля в море. Но море оказалось бы меньше из-за многих недостающих капель” (Мать Тереза). С одной стороны, как точно сказано: “капля в море”. А с другой стороны, – подумалось вдруг: а что если Богу нужны люди для маленьких дел? И какая беда в таком случае, если люди хотят совершать только – великие! А может быть, я человек – для маленьких дел?.. Так что я решила: продолжу.

Сегодня в расписании кормления бездомных людей нет горячего обеда, только – “раздача хлеба, выпечки”, на том же месте. Мне было интересно, кто и что им привозит. И я поехала взглянуть. На этот раз – с моей мамой. Мы живём вдвоём, и чем бы ни занимался второй член семьи, это всегда отражается на первом.

На этот раз в арке собралось 19 человек, некоторых я уже видела накануне во время обеда. Мама опытным взглядом прикинула: “Одеты прилично. Ни за что бы не подумала, что эти люди живут на улице или в люках”. Затем начала рассуждать: “Время изменилось… Люди сейчас отдают и приличную одежду. Поэтому не разберёшь. Вот у этих двоих по лицам видно, что бездомные. Отпечаток… А вот у этих – сомневаюсь: чистые, ухоженные…”

И я засомневалась, стою. Но возражаю вслух: “Если бы ты вчера обед видела, – не думаю, что люди от хорошей жизни пойдут есть на улицу горячий суп.” Теперь уже мама засомневалась в собственных наблюдениях.

Одна из женщин на нас посмотрела дружелюбно: “И вы – нашего племени?” Мама задорно спросила в ответ: “А какое ваше племя?” Женщина засомневалась, что мы стоим неподалёку с тою же целью, повернулась к подругам.

Наконец, пришёл высокий мужчина в синей куртке и поставил на бетонные ограждения огромный чёрный пакет, сам вернулся в машину, – тёмно-синюю копейку. С ним вместе убежали на пару минут погреться трое мужчин, которые быстро вернулись обратно, на раздачу.

Вся очередь из 19 человек моментально сгрудилась вокруг пакета, вынув из карманов и пазух потрёпанные пакеты, – “Глобус”, “Пятёрочка”… Мы стоим – наблюдаем.
Один из бездомных вынимает из чёрного пакета выпечку, – на руках у него при этом одноразовые пластиковые перчатки, – и раскладывает их по кругу по пакетам остальных. Всё чинно, организованно. Спросил у замедлившей женщины: “А где пакет?” Она быстрее его достаёт: “Так куда я его?!!..” Для её пакета тут же нашлось место: кто-то подвинулся, и раздача продолжилась.
“Ты женщин не обижай! Не обдели там никого!”
“Я женщин не обижаю! Ты что!”
На втором кругу другая женщина грустно сказала: “Я ватрушки не люблю.” В ответ на что очередь тихонько забурчала: “Что значит ‘не люблю’?!” И поменяли. Кому-то далее достался пирог, кому-то гамбургер… А кому-то – буханка хлеба. Дедушка с палочкой трясущимися руками уложил вторую буханку хлеба в свой пакет на втором кругу. Этого дедушку все раздающие называют по имени.

Когда раздача закончилась, к нам подошёл главный организатор бездомных собравшихся – “Палыч”. Узнал меня: “А это – вы вчера раздавать помогали?” Я говорю: “Да… Присматриваюсь: себе место ищу.” Дал мне свой телефон, по которому ему позвонили только что: “Поговорите, это – главный!” Телефон новый, но самый простой. С большими кнопками, так что хорошо видно цифры. Беру трубку, слышу: “Здравствуйте, говорите!” Отвечаю: “Здравствуйте, я не знаю, зачем Палыч мне трубку дал… Я всего лишь вчера помогла с тарелками, вот и всё… А кто вы?” Отвечают: “Кирилл… (имя вымышленное) Клуб Благость, служение Милосердие.” Я о таких не слышала. Решила посмотреть в интернете.

Мама задала Палычу назревшие вопросы по поводу “ухоженного лица”, указав на женщину, не похожую на человека с улицы если не одеждой, то внешне; он ответил: “Мы сделали ей замечание: она не бездомная. Но у неё тяжёлое положение, помогать некому. Инвалид первой группы, на работу её не берут. Поэтому она всё же здесь.”

Я задала Палычу нескромный вопрос: “Извините,.. а вы – тоже в люке живёте?” На что мне ответили: “Я – нет.” Я побоялась уточнить.
А побоялась уточнить потому, что знаю, как это бывает. Память на помощь пришла. В нашем доме в соседнем подъезде долгое время жил пьяница, который кутил с бомжами, и они даже жили в его комнате, в коммунальной квартире. И, помню, все мы это – осуждали. Мол, как же так? Бомжей к себе в комнату жить впустил! Особенно зимой, в морозы, – они у него ночевали. И весь наш двухэтажный дом с двумя подъездами не рад тому был.
– А много людей в люках живут?
– Да порядочно… – Палыч подозвал мужчину невысокого роста, в чёрной куртке (размер чуть великоват): – Вот, например. Наш охранник.
Я думаю про себя: “Почему – охранник?”
Новый знакомый объясняет:
– Я – никого не боюсь! Если с кем-нибудь из нас что-нибудь случится!.. Если вам будут угрожать, – смотрит на нас: – Я за вас – горой встану!
Мы почувствовали себя польщёнными…

Подошёл, вероятно, общий старый знакомый, – ещё довольно молодой человек, пусть и с “изношенным” лицом. Палыч обрадовался, показал на него:
– Вот ведь!.. С 2002 года здесь!.. Вот как бывает с людьми: полгода могут не появляться! А потом – всё равно придут! – и пригласил опоздавшего: – Давай! Сейчас мы тебе…
Пришедший улыбнулся и довольно остановил:
– Нет, не нужно: я – сытый!
Короткая пауза, – мы смотрим на пришедшего с уважением, – и разговор с Палычем возобновился: он готов рассказать ещё что-нибудь.

Это тесный мирок. Здесь все всех знают. Вероятно, и в беде пропасть не дадут. При этом есть главный организатор, – Палыч, – который и людей созывает, и за порядком следит. И с помогающими организациями созванивается, – мол: “Люди собрались, ждут… Выпечку привезут? Кто-нибудь приедет? А то мы замерзаем уже тут…” Если у кого-то внуки или дети есть, которые своих стариков не кормят, их здесь примут: кушать – всем хочется. Ну а если вдруг пришёл старый знакомый по люкам и он голодный, то, в свою очередь, не станет брать чью-то еду. И остальные за него рады: он – сытый! Просто всех повидать пришёл!

Мама сформулировала Палычу нашу общую позицию: “Мы – люди не богатые. Хотели бы помочь. Вот, присматриваемся.” Палыч кивнул: “Есть люди небогатые… По понедельникам приезжают, кормят, – у них нет денег на одноразовую посуду.” Всем место найдётся.

Я записала телефон Палыча.

Итак, списавшись с одним из членов группы “Помощь бездомным людям” в ВК, я выбрала для себя день приехать и “поговорить с ребятами”, которые кормят бездомных людей на улице, неподалёку от ж/д вокзала. А ещё вернее – приехала присмотреться: как это происходит и может ли пригодиться моя помощь? Помощь не материальная, поскольку денег у меня – почти и нет.

Хочу сразу сказать, что даже ехать туда было – страшно. Трудно сказать, почему. Наверное, потому что боишься сопереживать таким людям, стараешься о них – не думать. Ведь если начнёшь думать, а тем более – попытаешься войти в их положение… Придётся как-то им помогать? Что-то ДЕЛАТЬ? И тут же страх: изменить ситуацию – невозможно! Мне не под силу! А если мне станет кого-то из них искренне, по-настоящему жаль? Домашние сразу “пошутили”, заслышав о моём желании: “Приведёшь домой бомжа!” И я неожиданно задумалась: а что если – приведу?.. Уже и не знаю!..

Подъехала к месту. Закрыла машину. Иду. Арка напротив дома Фото. Там всегда ветрено, – по крайней мере, раньше я всегда это замечала, когда бывала в этом районе летом. Гадаю: как же там будет зимой?.. Не по себе… Наконец, я их увидела: в арке и в самом деле собрались люди. И все – ждут. Без пяти минут час, кормят в 13:00. Всё верно. Прошла между ними и встала в стороне, чтобы осмотреться и тоже – подождать. В группе ВКонтакте написано: помощь анонимная. Рассуждаю про себя: такая помощь только и может быть – анонимной! Здесь на самом деле так или нет?

В толпе большинство из людей – неплохо одеты, однако при этом на лицах у них – как будто отпечаток преждевременного старения. Хотя немало и действительно пожилых. Двое или трое мужчин пришли не трезвыми. Хотела раздражиться, – подумала про себя: “А как бы выглядела ты и какой бы ты была, если б жила на улице? Или в люках?” И раздражение исчезло. Насчитала тридцать одного человека, – мужчин и женщин. Не молодых. Вместо раздражения мне стало их невыносимо жаль. Подумалось: ведь так нельзя! Чуть не заревела… Остановило соображение: реветь нельзя; холодно. Да и если заметят – не поймут!

На улице -5С, лежит снег. Но ещё не морозы. Несмотря на это, за десять минут ожидания, пока приедут загадочные добрые люди, чтобы кормить собравшихся, я ужасно промерзла.

Наконец, приехал молодой человек, установил небольшой металлический столик, и группа собравшихся засуетилась, начала перемещаться к столу. Слышны высказывания в толпе, – между собой: “Наверное, я не пойду… Я здесь постою.” “Почему? Да не стесняйся! Пошли давай, пошли!”
Ещё пара минут ожидания, и привезли два больших термоса. Молодой человек начал доставать из пакетов одноразовую посуду, хлеб… Я думала, только посмотрю, но на этом холоде показалось странным стоять и ничего не делать: он явно нуждался в помощи с посудой. Поэтому я рискнула оставить свою позицию наблюдателя и подошла: “Вам нужна помощь? Я писала в группе ВКонтакте. Я могу вам помочь”.

Удивительно, но он обрадовался. Поставил меня к столу: “Вот тарелки. В них капаешь майонез, немного… Кому я накладываю суп, даёшь два куска хлеба! Как тебя зовут?” Так состоялось моё первое знакомство с людьми, помогающими бездомным. И неожиданно оказалось, что я и в самом деле пришла в нужное время и в нужное место: обычно, – как он объяснил позднее, – они делали это вдвоём, но в тот день Константин (вымышленное имя) оказался один: его брат придти не смог.

В следующий момент он попросил всех пришедших закрыть глаза, потому что “надо помолиться”. И помолился: “Господь – Пастырь мой, и я ни в чём не буду нуждаться. Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим. Если я пойду и долиною смертной тени – не убоюсь зла, потому что Ты со мною…” (Псалом 22, Библия). Каждому, кому Константин накладывал суп в тарелку, он говорил: “Господь любит тебя”. Меня это немного удивило. Не сильно, потому что я сама – читаю Библию и молюсь. Лишь показалась странной тема “злачных пажитей”… И “ни в чём не буду нуждаться”… Но я сделала про себя вывод, что чего-то не понимаю: если этот человек ездит сюда каждый вторник, чтобы кормить бездомных людей, то он уж точно лучше меня знает, что говорить и как надо молиться.

Кто-то протянул мне конфетку: “Это вам! Спасибо за помощь!” Неожиданно. Я ещё даже ничего не сделала. Разве что тарелки одноразовые начала разделять, – чтобы Константину сподручнее было брать, да и суп не остыл, пока раздача идёт.

Следующие полчаса я видела перед собой только руки, изредка – лица. Моя задача была – дать хлеб, капнуть в одноразовую тарелку майонез. Руки у людей были разные: у кого-то чистые, у кого-то чёрные… Молодые и в морщинках… Со скрюченными пальцами и абсолютно здоровые… – разные!
Некоторые пришли со своей посудой, – стеклянной банкой, пластиковым ведром из-под майонеза или даже с железной миской.
Кого-то Константин приветствовал по имени и радовался, приговаривая: “Вот, это для тебя!.. Как у тебя дела? Как нога?” Или: “Интересно, как я размажу суп по этой плошке…”
Нетрезвым молодым людям он сказал: “Это вам не закуска!” Затем расстроился и добавил: “Пожалуйста, не приходите сюда пьяными! Приходите трезвыми!”
Поскольку хлеб на столе был приготовлен и чёрный, и белый, я стала давать людям по одному кусочку и того, и другого. Один мужчина попросил: “Дайте мне чёрного: я белый не ем!” На что очередь начала тихо негодовать, но в следующий момент бабулька, стоявшая передо мной, громко попросила: “А можно мне – два белого?” И очередь как будто утихла, успокоилась. Наверное, восстановилась справедливость, – я не знаю… Кого-то я спросила после этих просьб: “Вам черного или белого?” И мне ответили: “Да как дадите!” Я снова стала давать и чёрный, и белый. Правда, при этом люди напомнили мне моих синичек: они как будто слетелись, голодные, взять то, что дают.

После супа открыли второй термос, в котором оказался чёрный чай. Константин достал пакет: печенье и конфеты. В очереди послышалось восторженное: “Конфеты дают!” Прикинув по людям, мне велели: “Три печеньки, две конфеты на руки. Давай тем, кому я наливаю чай.”
Женщина в очереди попросила: “Мне на двоих!” Спрашиваю Константина: “Можно на двоих давать?” На что он ответил: “Так давай, что уж тут…”
Когда к концу конфет стало мало, а людей как будто ещё – много, Константин сказал: “Мужикам по одной конфете давай.” Пришлось давать по одной. Один мужчина с “молодыми” руками спросил, когда ему одну дала: “А вот ту?” И я дала вторую… Когда начало заканчиваться и печенье, – “Давай по одной!” Последним троим людям досталось ровно по одной печеньке и по одной конфете… (Хотя по нашим подсчётам всем должно было хватить.)

Люди благодарили, а я ведь ничего особенного и не сделала, даже копейки не потратила, просто разъединяла для Константина одноразовые тарелки, капала майонез, давала хлеб, печенье и конфеты, которые даже купила – не я.

Ко мне подошёл бодрый пожилой мужчина в коричневой куртке тёплой шапке: “Вот ведь!.. Начальник полиции потребовал, и выделили нам эти места, чтобы нас кормить! Хороший человек!.. Обошёл город, посмотрел как люди в люках живут!.. Добился! А то Лондоне – в ресторане кормят! В Москве – столовую выделили! А мы как же?” Разговорились.
– Так ведь холодно здесь. Не удобно, стоя.
– Да, в Москве – в тепле, за столами… Что ж поделаешь… А теперь у нас ещё на Филейке кормят! Там недалеко от храма, тоже – люди верующие!
– И давно вас кормят?
– На Филейке? Полтора месяца!
– Нет… В городе.
– Так с 2002 года!
Константин кивнул мне на этого человека чуть позднее: “Палыч (отчество вымышленное) организовывает людей. Можете ему вопросы задавать.”

Я ехала на это место с лёгким подозрением, что здесь – стайка лентяев, ищущих халяву. А увидела горячий суп, чай… Этих людей… Помёрзла с ними рядом) И сомнение развеялось: никакая халява не выгонит “лентяя” в холод на улицу поесть горячий суп с капустой и попить чай! Пусть даже и – анонимно!

В конце Константин спросил: вы будете приходить? Я сказала: постараюсь, если всё хорошо. Наверное, его не удовлетворил мой ответ. А я – побоялась давать обещание. Хотя для себя решила, что точно буду – помогать. Только ещё не уверена, где моё место… Решила ездить на место кормления всю эту неделю, чтобы попытаться увидеть для себя общую картину, что и как. И тогда – определиться.

Но я точно хочу – помогать.